Пураны | Упанишады | Махабхарата | Шримад Бхагаватам | Лекции | Алфавит | Поиск

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
ГИБЕЛЬ САТИ

Маркандея сказал:

На прекрасную вершину, блистающую золотом, серебром и драгоценными камнями,
Подобно восходящему Солнцу, высокую, взошел он в сопровождении Сати. (1)

На ней, созданной из хрусталя и камня, росли деревья с зеленеющей кроной,
Ее покрывали прекрасные цветы, лианы и озера
И украшали пчелы, которые жужжали средь ветвей цветущих деревьев. (2)

Благодаря расцветшим лотосам и голубым лилиям
Нарядную, [ее] множества чакравак, гусей, [птиц] кадамба, мадгу, (3)

Возбужденных сараса, краунча и павлинов оглашали криками,
А также своими нежными и сладостными звуками самцы-кокили и населяли антилопы (4)

И посещали киннары, сиддхи, апсары, гухьяки, видьядхари, богини, киннари,
А также жены и девы горцев. (5)

Под глубокие звуки [барабанов] патаха и мриданга и музыку лютень
Танцующие апсары, рождающие восторг, расцвечивали ее. (6)

Покрытых благоуханными прекрасными лианами
Рощ с распустившимися цветами великолепие делало ее прекрасной. (7)

На вершине, вблизи от которой находился град царя гор, Быкознаменный
Вместе с Сати долгое время наслаждался. (8)

В этом месте, подобном небесному раю, Шанкара по счету времени богов
В течение десяти тысячи лет вкушал наслаждение с Сати, охваченной радостью. (9)

Иногда Шанкара из этого места уходил на Кайласу,
Иногда на вершину Меру, населяемую богами и богинями, (10)

А также в сады хранителей мира или на землю, в леса
Отправляясь, и там развлекался он в сопровождении Сати. (11)

Забыл он разницу между днем и ночью, и Брахмана, и подвижничество, и успокоение.
С умом лишь Сати поглощенным, он предавался [с ней] любви. (12)

Повсюду Сати видела лишь одно лицо Махадевы,
И Махадева повсюду видел лишь одно лицо Сати. (13)

Так, во взаимном общении древо страсти
Взращивали Шамбху и Сати, поливая его водою чувств. (14)

В это время Дакша, благодетель миров,
Приступил к совершению великого жертвоприношения, [называемого] сарва-дживана. (15)

На нем [присутствовали] восемьдесят восемь тысяч жрецов, которые приносили жертвы,
Шестьдесят четыре тысячи удгатаров, божественных риши,
И такое же количество адхварью и хотаров во главе с Нарадой. (16)

Господствующим [божеством] на нем был сам Вишну с сонмом марутов,
И Брахма самолично там руководил чтением Вед. (17)

Также все хранители мира были [на нем] привратниками и стражниками,
Само [олицетворенное] жертвоприношение присутствовало [там], а земля сама была жертвенником. (18)

Тысячи форм своих принял,
Дабы принять подношения на том великом празднике-жертвоприношении. (19)

Маричи и прочие [мудрецы], держа очистительные травинки куша,
Читая мантру самадхени, разожгли огонь. (20)

Семь риши , каждый сам по себе, пели саманы,
Наполняя звучанием Шрути землю, небеса и все стороны света. (21)

Не было никого, кого бы не пригласил на жертвоприношение Дакша, великий духом,
Средь риши, богов, людей, птиц,
Растений, травы, домашнего скота и диких животных. (22)

Сонмы гандхарвов, видьядхаров, сиддхов, адитьев, садхьев, риши вместе с якшами,
Лучшими из нагов и неподвижными предметами со всех сторон созвал Дакша на великое жертвоприношение. (23)

Кальпы, манвантары, юги, года, месяцы, дни и ночи,
Калы, каштхи, нимеши и прочие, приглашенные, все явились [туда]. (24)

Сонмы риши: великих, царственных и божественных , цари в сопровождении сыновей, советников и воинств,
Васу и ганадеваты , все приглашенные им, пришли на то жертвоприношение. (25)

Черви, насекомые, водные животные, обезьяны и хищные твари, ужасные обликом,
Облака, горы, реки и моря, озера и пруды, позванные, явились. (26)

Желая получить свою долю от жертвенных подношений, прибыли на обряд великого устроителя жертвоприношений все
Асуры, обитающие в преисподней, женщины нагов и сонм богов. (27)

Все, что ни есть в мире, одушевленное или неодушевленное,
Все пригласив, начал он жертвоприношение, [называемое] сарвасва-дакшина . (28)

На это жертвоприношение не был позван Шамбху Дакшей, великим духом,
«Он капалин и не достоин допуска на жертвоприношение», - так он решил . (29)

«[Она] супруга капалина», - [так помыслив], Сати, хоть и бывшую ему любимой дочерью,
Не пригласил на жервоприношение Дакша, видящий порок [в этом]. (30)

Сати же, услышав о превосходном жертвоприношении, которое начал ее отец,
[И подумав]: «Я не приглашена, ибо я жена капалина», (31)

Сильно разгневалась на Дакшу тогда, и ее глаза и лицо покраснели.
Проклятием Сати задумала сжечь Дакшу. (32)

Но даже будучи обуянной гневом, она вспомнила прежний уговор,
И, поразмыслив, Сати не стала налагать на него проклятие. (33)

«Затем [мне] проклинать [его]? Прежде был заключен твердый уговор:
«Если он нанесет мне обиду, то я оставлю жизнь». (34)

Когда Дакша долгое время восхвалял меня, желая ребенка,
Тогда со мной договор этот [был] заключен, проклятием я исполню его». (35)

Так поразмыслив, богиня постоянный образ свой вспомнила, несравненный,
Грозный, не имеющий частей, наполняющий мир. (36)

Вспоминая свой прежний образ, именуемый Йоганидрой Хари,
В созерцание таким образом погрузилась дочерь Дакши: (37)

«Ради чего Дакша восхвалял меня по совету Брахмы,
То вовсе неизвестно. Не имеет до сих пор сына Шанкара ! (38)

Сейчас лишь одна цель сонма богов достигнута,
То, что Шанкара из-за меня стал влеком страстью к женщине. (39)

Кроме меня, никакая другая женщина страсть в Шамбху возбудить
Не способна будет, и он другую не возьмет в жены. (40)

И все же я тело оставлю согласно уговору, прежде заключенному.
Ради блага миров приму я рождение в Гималайских горах. (41)

Прежде на прекрасных склонах Гималаев, подобных обители богов,
Шамбху черпал радость в наслаждениях со мной. (42)

Там богиня Менака, чарующая обликом, следующая обетам,
Добродетельная, первая из женщин-горянок, (43)

Подобно матери, давала мне советы касательно всех дел, включая забавы.
Я была привязана к ней, и она станет моей матерью. (44)

С девочками-горянками в детские игры постоянно
Играя, я буду доставлять Менаке великую радость. (46)

И снова я стану любимой женою Шамбху
И исполню намерения богов по его слову, без сомнения. (47)

С глазами, красными от гнева, с телом, [прямым], как палка, Сати
Издала [звук] «спхота », закрыв все отверстия в теле силою йоги . (48)

Благодаря той великой спхоте ее жизненные дыхания
Прорвали десятое отверстие и вырвались прочь из тела. (49)

Увидав ее мертвой, все боги, пребывающие в воздушном пространстве,
Издали крик ужаса, с глазами, полными горести. (50)

В это время дочь сестры Сати пришла, чтобы повидать ее,
[По имени] Виджая, и она, увидев Сати мертвой, зарыдала от горя. (51)

«О Сати, куда ушла ты? О Сати, что случилось?
О сестра матери!», - такие громкие вопли [ее] раздавались. (52)

«Услышав неприятное, ты оставила жизнь, о Сати,
А как же я смогу жить, увидев такое неприятное?» (53)

Гладя рукою лицо Сати вновь и вновь,
Жалобно сетущая, она вдыхала [аромат] ее уст. (54)

Проливая слезы из глаз на грудь и лицо Сати,
Руками распустив волосы, она вновь и вновь смотрела на лицо ее. (55)

Тряся вверх головой, с чувствами, охваченными скорбью,
Она била руками о грудь и голову. (56)

Эти слова молвила Виджая с комком слез в горле:
«Услышав о твоей смерти, мать Вирини, терзаемая несчастьем, (57)

Как будет сохранять жизненные дыхания? Тотчас же жизнь она оставит!
А также безжалостный отец твой, совершивший жестокие деяния, (58)

Услышав, что ты умерла, как сможет жить?
Поразмыслив над своими поступками, по отношению к тебе
Совершенными, злодейскими, Дакша, томимый скорбью. (59)

Он, жертвователь, будучи лишен знания, как мог приступить к [совершению] жертвоприношения?
Без веры, оставивши разум, как он мог присутствовать на жертвоприношении? (60)

О мать! Скажи же хоть слово мне, рыдающей, подобно ребенку, (61)

Вспоминаешь ли ты поступки Шамбху по отношению ко мне,
Из-за чего, попав под власть гнева, о мать, ты не отвечаешь? (62)

Это те же самые твои уста, твои очи, лица и нос,
Но куда пропало сияние их, и улыбка куда? (63)

На пару очей, лишенных блеска, и прекрасный нос,
И на лицо, с которого исчезла улыбка, смотря, как это сможет вынести Хара? (64)

Кто же со словами, подобными нектару [ко мне], пришедшей в обитель Хары,
Кроме тебя, о мать, обратится вновь? (65)

Исполненная уважения по отношению к родичам, покорная страсти [своего] мужа,
Наделенная всеми благими качествами – какая другая [женщина] будет равной тебе? (66)

Без тебя, о богиня, Владыка богов, потерявши разум от горя,
Страдающий, лишится сил и станет бездеятельным». (67)

Так причитающая, очень несчастная, надломленная тяжким горем, бросая взгляды на мертвую Сати,
Рухнула на землю Виджая, испустив крик, поднявши руки вверх и дрожа. (68)

Так в Калика-пуране заканчивается шестнадцатая глава, называющаяся «Гибель Сати».