Вы здесь:  

Главная страница

Наше изначальное положение

Гл. 1 Слово анади у авторов «Мандукья-упанишад»

Слово анади у авторов «Мандукья-упанишад»

Сначала авторы пытаются привести доказательства из шрути, пускаясь при этом в пространные рассуждения о том, что, по ведической традиции, любые толкования смрити или высказываний ачарьев должны быть согласованы со шрути. Они пишут:

Как подтверждается в шрути (Мандукья-упанишад, 1.16), причиной обусловленности дживы является безначальная майя:

анади-майайа супто йада дживах прабудхйате

аджам анидрам асвапнам адваитам будхйате тада

 

[Когда джива, спящая (под влиянием) безначальной майи, пробуждается, она осознает нерожденную, не знающую сна, недремлющую недвойственность.]

Нам могут возразить, что в этом стихе слово анади относится не к материальному рабству дживы, а к майе, под которой в данном случае подразумевается внешняя энергия. Однако на самом деле речь здесь идет о другом. В этом стихе описывается не майя-шакти, а обусловленное состояние дживы и качества, которые она обретает, когда достигает уровня освобождения.

 

Такая интерпретация данного текста содержит три погрешности:

 

1. Чтобы объяснить этот стих в желательном для них ключе, авторы были вынуждены ввести новое правило толкования шастр: «В стихе, описывающем обусловленное состояние дживы, любое упоминание о майе относится к иллюзии, во власти которой пребывает индивидуальная душа, а не к олицетворенной внешней энергии Господа». Ни в шастрах, ни в трудах ачарьев подобного правила нет.

На примере одного известного отрывка из «Бхагаватам» (а таких примеров можно привести десятки) видно, что это новое правило толкования писаний неприложимо к шастрам. В приведенных ниже стихах (Бхаг., 1.7.4-5) рассказывается, как Вьясадева, выслушав наставления своего гуру, Нарады, увидел Господа и Его иллюзорную энергию:

«Так он [Вьясадева] сосредоточил свой ум, в совершенстве заняв его преданным служением [бхакти-йогой], в котором нет ни малейшей примеси материального, и увидел Абсолютного Господа, Личность Бога, и Его внешнюю энергию, полностью подвластную Ему. Хотя живое существо трансцендентно к трем гунам материальной природы, находясь под влиянием внешней энергии Господа, оно считает себя порождением материи и потому испытывает материальные страдания».

Очевидно, что в пятом стихе седьмой главы Первой песни «Бхагаватам» речь идет именно об обусловленной дживе. Но в то же время слово йайа («посредством которой [иллюзорной энергии]») относится к майе, внешней энергии Господа.

2. Давая свое толкование этому тексту, относимому ими к шрути, авторы допускают логическую ошибку:

«К тому же, согласно логике, объект, являющийся анади, порождает следствие, которое также принадлежит к категории анади. Следовательно, если, как сказано в данном стихе, майя является анади, то ее следствие — „сон джив" — тоже анади»

Действительно, по законам логики следствие, порожденное причиной, которая является анади, также должно характеризоваться качеством анади. Однако нет никаких логических оснований утверждать, что это следствие должно влиять на один и тот же объект. К примеру, хотя солнце светит над Индией на протяжении миллионов лет, это не значит, что какой-то индиец миллионы лет наслаждается его лучами.

3. Третья и, возможно, самая серьезная ошибка заключается в том, что приведенная выше цитата на самом деле взята не из «Мандукья-упанишад», в которой всего двенадцать стихов. Так называемый стих 1.16 в действительности позаимствован из известного комментария к «Мандукья-упанишад», написанного Гаудападой, парама-гуру Шанкарачарьи. И в самом деле, читая этот стих, нетрудно заметить налет имперсонализма:

«Когда джива, спящая [под влиянием] безначальной майи, пробуждается, она осознает нерожденную, не знающую сна, недремлющую недвойственность».